В Испании закон о «внуках» прошёл 32 парламентских этапа за пять лет. Вокруг процедуры выдачи гражданства потомкам эмигрантов разгорелся спор. Власти и оппозиция по-разному оценивают прозрачность процесса.
В Испании продолжается спор вокруг закона о «внуках», который облегчает получение гражданства потомкам испанцев, покинувших страну из-за франкистских репрессий. За последние пять лет этот раздел Закона о демократической памяти прошёл 32 парламентских этапа, включая девять обсуждений в обеих палатах, 16 публикаций в официальных бюллетенях и две публикации в Boletín Oficial del Estado. Несмотря на длительный процесс, представители Partido Popular (PP) обвиняют правительство в спешке и недостаточной прозрачности при реализации закона.
Изначально PP критиковал инициативу, называя её попыткой «избирательной инженерии», но позже сместил акцент на вопросы процедуры. В ответ правительство приводит статистику: закон был одобрен после четырёх лет обсуждений и 469 поправок, из которых 93 внесены самим PP. Ключевая инструкция, разъясняющая порядок применения закона, была опубликована ещё в октябре 2022 года.
В разные годы представители PP, включая Мануэля Фрагу, Альберто Нуньеса Фейхоо, Альфонсо Руду и Эстер Муньос, публично обещали поддерживать право потомков эмигрантов на испанское гражданство. При этом вопрос о возможном влиянии новых граждан на электорат не поднимался. За 37 лет правления PP в Галисии голосование испанцев за рубежом оставалось малозначимым, хотя и привлекательным для партий.
Процедура рассмотрения закона соответствовала стандартной практике: публикация в августе 2021 года, приём и обсуждение поправок, семимесячная работа комиссии, обсуждение и утверждение в обеих палатах парламента. В числе предложенных поправок была и инициатива от Cuca Gamarra, предусматривающая право на гражданство для потомков испанцев, утративших его из-за политического или религиозного преследования.
В 2022 году Министерство юстиции выпустило инструкцию для сотрудников консульств и ЗАГСов, чтобы уточнить детали применения закона. Документ допускает расширенное толкование: право на гражданство могут получить не только потомки политических эмигрантов, но и дети женщин, потерявших гражданство из-за брака с иностранцем до 1978 года, а также потомки, пострадавшие из-за сексуальной ориентации. Эта инструкция не вызвала широкой полемики, за исключением жалобы ультраправой организации, которую суд отклонил.
В последние месяцы организация Hazte Oír подала жалобу на директора департамента юстиции, обвинив её в административном нарушении. Власти считают, что нынешняя критика — часть общей стратегии PP и Vox по дискредитации решений правительства, несмотря на то, что аналогичные инициативы ранее поддерживались самими консерваторами.
Инструкция не является приказом, а служит разъяснением для консульских работников. Массового наплыва заявлений не произошло: по данным Министерства политики территорий и демократической памяти, к марту 2026 года 2,4 миллиона человек записались на приём в консульства, 1,2 миллиона подали заявления, а 544 722 получили одобрение. Из них 306 тысяч уже внесены в реестр граждан.
Власти подчеркивают, что темпы рассмотрения заявлений по закону о «внуках» значительно ниже, чем по другим основаниям: только в 2025 году было обработано 296 тысяч заявок на гражданство по резиденции, из которых одобрено 221 тысяча. В Министерстве юстиции отмечают, что процесс идёт медленно, вопреки обвинениям в поспешности.
Вопросы о прозрачности и сроках рассмотрения гражданских дел в Испании поднимались и ранее. Например, разбирательство вокруг назначения главы прокуратуры Мадрида также стало поводом для обсуждения процедурных стандартов и открытости решений в государственных органах.
Для справки: Закон о демократической памяти был принят для восстановления прав жертв диктатуры и их потомков. В последние годы Испания сталкивается с ростом числа заявлений на гражданство по историческим основаниям, что требует от властей постоянного совершенствования процедур и контроля за прозрачностью. Вопрос о влиянии новых граждан на политический ландшафт страны остаётся предметом обсуждения, но пока не получил подтверждения в виде значимых электоральных изменений.
