За несколько месяцев войны с Ираном американские войска израсходовали до двух третей запасов ключевых ракет-перехватчиков. Дональд Трамп оказался в самой шаткой позиции за весь свой срок, и все это происходит за семь недель до решающих промежуточных выборов.
Конгресс уже оценил прямые расходы на конфликт более чем в 38 миллиардов долларов, а общий счет вот-вот перевалит за 40 миллиардов. Каждый месяц войны обходится еще в 2-3 миллиарда, а в особенно напряженные недели траты взлетают еще выше. Больше половины этих денег ушло на срочную закупку боеприпасов, в том числе 13,1 миллиарда на ракеты-перехватчики. Согласно внутреннему докладу инспектора Пентагона, к 30 июня 2026 года расходы на операцию составили $33,4 млрд, из которых $22,3 млрд ушли на боеприпасы.
Последствия не ограничиваются расходами. По подсчетам Бюджетного управления Конгресса, с июня 2025 года американские войска израсходовали от половины до двух третей запасов систем Patriot, THAAD, Standard Missile 3 и Standard Missile 6. Восстановление прежних объемов займет не один год и, по оценке CBO, может потребовать не менее пяти лет из-за ограничений оборонной промышленности. Один Patriot обходится бюджету в четыре миллиона долларов, а Lockheed Martin в 2025 году выпустил всего 620 таких ракет. Производство планируют разогнать до двух тысяч в год, но на это потребуется больше пары месяцев.
Иран быстро понял, где у США слабое место. Последние атаки Тегерана представляют собой массовые ракетные залпы, призванные вынудить американцев расходовать еще больше дорогих перехватчиков. За одну неделю иранские военные выпустили больше двадцати ракет по базам США в Иордании: часть достигла цели, остальные сбили. Чтобы отбиться, американцы потратили десятки ракет THAAD и Patriot. За несколько часов израсходовали пятую часть того, что Киев считает минимальным запасом для зимней обороны Украины.
В докладе для Конгресса инспектор Пентагона пишет, что война обнажила «дефицит стратегических запасов» и слабые места в производственной цепочке вооружений. Среди рекомендаций: ускорить закупки и производство, создать резервы критически важных компонентов и боеприпасов, чтобы в следующий раз не остаться без защиты.
Война бьет по складам и заводам, а ее последствия затрагивают и экономику. По оценке Конгресса, конфликт уже добавил 0,2 процентных пункта к краткосрочным ставкам и может разогнать инфляцию еще на полпроцента в первом квартале 2027 года. Это связано со скачком цен на нефть из-за угрозы перекрытия Ормузского пролива и возможной блокады Баб-эль-Мандеба. Через эти узкие места проходит значительная часть мировых поставок нефти и газа.
Внутри страны растет раздражение: топливо и коммунальные услуги дорожают, и Белому дому приходится оправдываться. Трамп продолжает уверять, что у США «практически неограниченные» запасы ракет, а производство идет рекордными темпами. Данные Конгресса и Пентагона говорят обратное. Пентагон до сих пор не раскрыл всей информации о потерях. Среди них сотни поврежденных объектов и десятки уничтоженных самолетов на базах в Кувейте, Бахрейне, Катаре, ОАЭ, Саудовской Аравии, Ираке, Омане и Иордании.
На этом фоне Трамп пытается возложить ответственность за рост цен на Украину и ее удары по российским НПЗ. Он отрицает связь между войной в Персидском заливе и подорожанием топлива. Однако экономисты и избиратели не верят этим заявлениям: инфляция и дефицит вооружений становятся главными темами кампании, а рейтинг администрации падает.
Если конфликт затянется, США рискуют увязнуть еще глубже: восстановление запасов вооружений займет годы, а инфляция не отступит как минимум до конца следующего года. Попытки Трампа представить войну уже выигранной звучат все менее убедительно. Для Европы это означает новые скачки цен на энергоносители и рост военных расходов. Для американцев последствия выражаются в прямом ударе по кошельку и риске, что стратегические просчеты Вашингтона дорого обойдутся бюджету и безопасности страны.
