После 44 лет трудового стажа Antonio больше не строит день вокруг смены. Бывший таксист вспоминает работу с семи утра до вечера и говорит, что теперь садится за руль только по собственному желанию.
После 44 лет, проведённых за рулём, Antonio больше не обязан спешить к машине с самого утра. Бывший таксист рассказывает, что теперь его главный способ распоряжаться временем — не планировать его вокруг работы.
На вопрос о нынешнем занятии он ответил предельно прямо: “Ahora me dedico a no hacer nada” — «теперь я занимаюсь тем, что ничего не делаю». Фраза прозвучала в уличном интервью, опубликованном аккаунтом @queopinanporlacalle, который собирает разговоры с обычными прохожими.
Длинный рабочий день
Пенсия Antonio особенно заметно контрастирует с его прежним распорядком. По его словам, рабочий день начинался примерно в семь утра. До двух часов дня он оставался на линии, затем делал перерыв на обед и возвращался к машине.
Заканчивалась смена обычно между восемью и девятью вечера. Таким образом, значительная часть дня уходила на дорогу, ожидание пассажиров и постоянное движение по городу.
При этом Antonio не говорит, что сама езда была для него ненавистной обязанностью. Напротив, он подчёркивает: conducir siempre le ha gustado — водить ему всегда нравилось. После выхода на пенсию изменился не интерес к вождению, а его смысл: теперь это не способ заработать, а личный выбор.
Ночь осталась в молодости
В интервью бывший таксист также вспомнил о ночных сменах. Он признаёт, что работал по ночам, но лишь в молодые годы: “Solo trabajé de noche cuando era más joven, luego ya no”.
Затем Antonio сформулировал собственное отношение к разным часам работы: “La noche es la vida, es para el que vive, para el que puede vivir. El día es para los obreros”. Для него это не профессиональное правило, а личное наблюдение, основанное на десятилетиях за рулём.
С возрастом ночные поездки исчезли из его постоянного графика, а рабочие часы сосредоточились в течение дня. Но даже дневная смена оставалась тяжёлой: ранний старт и возвращение домой поздним вечером оставляли мало пространства для собственных дел.
Что изменили 44 года стажа
Теперь Antonio может гулять по Madrid и садиться за руль тогда, когда сам этого хочет. Ему не нужно искать следующего клиента, продлевать смену или рассчитывать, сколько часов осталось до конца рабочего дня.
Поэтому его «ничего не делать» звучит не как жалоба на отсутствие занятий, а как описание долгожданной свободы. После более чем четырёх десятилетий работы свободное время стало для него самостоятельной ценностью.
При этом сам автомобиль не исчез из его жизни. Antonio продолжает водить, но уже без пассажиров, выручки и обязательного маршрута. Вождение сохранилось как привычное и приятное занятие, однако трудовая необходимость из него ушла.
Стаж не раскрывает размер пенсии
Упомянутые Antonio 44 года взносов подтверждают длительную карьеру, но сами по себе не позволяют определить размер его выплаты. На итоговую пенсию влияют, в частности, базы отчислений и обстоятельства выхода на заслуженный отдых.
В 2026 году обычный пенсионный возраст в Испании составляет 65 лет для тех, кто накопил не менее 38 лет и 3 месяцев страхового стажа. При меньшем периоде он достигает 66 лет и 10 месяцев, если не применяются предусмотренные законом исключения.
По данным испанской системы социальной защиты, в июле 2026 года в стране выплачивалось около 6,73 млн contributive пенсий по старости, а средняя пенсия составляла 1 573,7 евро в месяц. Это общенациональный показатель, поэтому переносить его на Antonio было бы неправильно.
В его рассказе важна не предполагаемая сумма выплаты, а перемена ежедневного ритма. Человек, который десятилетиями начинал работу около семи утра и мог заканчивать её после восьми вечера, теперь сам решает, будет ли сегодня садиться за руль. Для Antonio это и есть главный результат выхода на пенсию.
