После 44 лет за рулем Antonio больше не необходимо с самого утра спешить к машине. Бывший таксист рассказывает, что теперь не строит планы вокруг работы.
На вопрос о нынешнем занятии он ответил прямо: «Теперь я занимаюсь тем, что ничего не делаю». Фраза прозвучала в уличном интервью, опубликованном аккаунтом @queopinanporlacalle, который собирает разговоры с прохожими.
Длинный рабочий день
Пенсия Antonio резко контрастирует с его прежним распорядком. По его словам, рабочий день начинался примерно в семь утра. До двух часов дня он оставался на линии, потом обедал и возвращался к машине.
Смена обычно заканчивалась между восемью и девятью вечера. Значительную часть дня занимали поездки по городу и ожидание пассажиров.
Рассказ о плотном графике вписывается в исторический контекст мадридских пассажирских перевозок. В публикации газеты El País от 19 июня 1990 года предприниматель транспортной отрасли Хосе Перьерра говорил, что общественную службу необходимо обеспечивать «в любое время», ночью и в праздники, в том числе в традиционный сезон отпусков. В материалах El País «Город, который не уезжает на лето», опубликованном 4 августа 1991 года, таксист Antonio López описывал свой режим так: «Теперь я работаю почти весь месяц и отдыхаю по выходным». Эти свидетельства дают исторический фон, но относятся к другим работникам и не описывают биографию героя интервью.
Однако Antonio не считает, что езда была для него ненавистной обязанностью. Напротив, он подчеркивает, что всегда любил водить. После выхода на пенсию изменился не интерес к вождению, а его смысл: теперь это личный выбор, а не способ заработать.
Ночь осталась в молодости
В интервью бывший таксист также вспомнил о ночных сменах. Он признает, что работал по ночам, но только в молодые годы: «Я работал по ночам только в молодости, потом уже нет».
Затем Antonio сформулировал свое отношение к разным часам работы: «Ночь: это жизнь, она для тех, кто живет, для тех, кто может жить. День для рабочих». Для него это не профессиональное правило, а личное наблюдение, основанное на десятилетиях за рулем.
С возрастом ночные поездки исчезли из его графика, а работа переместилась на дневные часы. Но и дневная смена оставалась тяжелой: ранний старт и возвращение домой поздним вечером оставляли мало времени на свои дела.
Что изменили 44 года стажа
Теперь Antonio может гулять по Мадриду и садиться за руль, когда сам захочет. Ему не необходимо искать следующего клиента или продлевать смену, считать часы до конца рабочего дня также больше не приходится.
Поэтому слова о том, что он «ничего не делает», звучат не как жалоба на отсутствие занятий, а как описание долгожданной свободы. После более чем четырех десятилетий работы свободное время стало для него самостоятельной ценностью.
При этом автомобиль не исчез из его жизни. Antonio продолжает водить, но уже без пассажиров и выручки, без обязательного маршрута. Вождение осталось привычным и приятным занятием, но перестало быть трудовой необходимостью.
Стаж не раскрывает размер пенсии
Упомянутые Antonio 44 года стажа говорят о продолжительной карьере, но сами по себе не позволяют определить размер выплаты. На итоговую пенсию влияют, в частности, базы отчислений и обстоятельства выхода на заслуженный отдых.
В 2026 году обычный пенсионный возраст в Испании составляет 65 лет для тех, кто накопил не менее 38 лет и 3 месяцев страхового стажа. При меньшем сроке он достигает 66 лет и 10 месяцев, если не применяются предусмотренные законом исключения.
По данным испанской системы социальной защиты, в июле 2026 года в стране выплачивалось около 6,73 млн страховых пенсий по старости, а средняя пенсия составляла 1 573,7 евро в месяц. Это общенациональный показатель, и переносить его на Antonio нельзя.
В его рассказе важна не предполагаемая сумма выплаты, а перемена ежедневного ритма. Человек, который десятилетиями начинал работу около семи утра и мог заканчивать ее после восьми вечера, теперь сам решает, садиться ли сегодня за руль. Для Antonio в этом и состоит главный результат выхода на пенсию.
