Около 200 человек собрались у стадиона в Инглвуде, районе Лос-Анджелеса, где живет крупнейшая за пределами Ирана иранская диаспора. Акция прошла 15 июня, в день первого матча сборной Ирана на чемпионате мира 2026 года, против Новой Зеландии. Встречу назначили на 18:00 по восточному времени США. Участники протестовали против политики Тегерана и выражали отчуждение от национальной команды, которую многие называли «не своей».
Протестующие пришли с флагами с изображением льва и солнца. Этот символ использовался на государственном флаге Ирана до революции 1979 года и связан с монархическим периодом. Правила поведения FIFA на стадионах запрещают флаги и другую символику политического, оскорбительного или дискриминационного характера. В день матча запрет подтвердил суд Лос-Анджелеса. Спор о таких флагах возникал и на чемпионате мира 2022 года в Катаре, где болельщикам также не разрешали проносить эту символику. Перед турниром 2026 года калифорнийская некоммерческая организация подала иск, оспаривая ограничения со ссылкой на свободу выражения.
Несмотря на запрет, часть символики, как сообщалось, появилась на трибунах: одни зрители аплодировали игрокам, другие освистывали их. Многие участники акции, в том числе жители округа Оранж, выражали неприятие официального флага Ирана и демонстративно топтали его у входа на стадион. Вместо поддержки сборной они требовали перемен и призывали США, в частности Дональда Трампа, не вести переговоры с нынешним иранским руководством. Некоторые держали плакаты с фотографиями погибших соотечественников и скандировали лозунги о демократии.
По словам одной из участниц, для многих иранцев в США футбол стал поводом для протеста: они не считают нынешнюю сборную своей, а героями называют заключенных и погибших оппозиционеров. В фан-зоне звучали старые гимны. На головных уборах была надпись MIGA, «Сделаем Иран снова великим».
Часть протестующих, как сообщали местные СМИ, не имела билетов и не собиралась смотреть матч. Примерно за полчаса до начала встречи многие переместились к периметру стадиона, чтобы продолжить акцию. Иранская команда базировалась в Тихуане, Мексика, и накануне игры прибыла оттуда в район Лос-Анджелеса. Такое размещение связывали с ограничениями на пребывание делегации в США и визовыми рисками для отдельных ее представителей.
На фоне протеста в Лос-Анджелесе болельщики в Тихуане приветствовали сборную скандированием «Team Melli», так по-персидски называют национальную команду. Игроки вышли из гостиницы к автобусу, а сотрудники команды раздавали собравшимся государственные флаги Ирана. Иранская община в Тихуане насчитывает около 20 человек. Этот эпизод показал, что отношение иранцев за пределами страны не было единообразным: часть поддерживала сборную, тогда как участники акции в Калифорнии выступали против нее.
Некоторые протестующие испытывали смешанные чувства: они не поддерживали нынешнюю команду, но признавали, что футбол остается важной частью национальной идентичности. По их словам, даже победа сборной не принесет радости, пока ситуация в стране не изменится.
Лос-Анджелес давно стал центром иранской эмиграции. Отдельные районы города называют «Тегеранджелес». Местная община активно реагирует на события на родине, а протесты за рубежом нередко сопровождаются спорами о символах и национальной идентичности. Эти вопросы обсуждали и на других крупных мероприятиях, например на выставке архивных документов в Аликанте, где также затрагивалась роль национальной идентичности (подробнее о культурных инициативах диаспоры).
FIFA объясняет ограничения стадионными правилами, запрещающими символику политического, оскорбительного или дискриминационного характера. В случае с иранскими флагами этот подход стал предметом спора о границах нейтральности спортивных площадок и свободы политического выражения. Лос-Анджелес, где Иран проводил матчи группового этапа, оказался одной из главных площадок, на которых проявились разные взгляды внутри диаспоры.
