Даниэль Ортега официально заявил о прекращении выборов в Никарагуа. Власть переходит к автократическому и семейному управлению. Решение вызывает опасения по поводу будущего страны и региона.
Власти Никарагуа объявили о полном отказе от проведения выборов. Президент Даниэль Ортега сделал это заявление 19 июля, в день годовщины победы Сандинистской революции. Таким образом, страна окончательно переходит к автократическому управлению, где ключевые посты занимают члены одной семьи. Это решение стало символическим: дата, когда в 1979 году обещали построить демократию, теперь используется для закрепления режима без выборов.
За почти двадцать лет у власти Ортега последовательно устранял независимость судов, избирательной комиссии и парламента. Были внесены изменения в конституцию, сняты ограничения на переизбрание, а оппозиционные партии фактически ликвидированы. После протестов 2018 года в стране действует режим жесткого контроля: оппозиционные кандидаты, журналисты и представители церкви оказались в тюрьме или были вынуждены покинуть страну. В 2021 году Ортега объявил о победе на выборах с результатом более 75%, однако эти выборы сопровождались массовыми арестами и репрессиями.
В последние годы власти закрыли сотни неправительственных организаций, независимых СМИ и университетов. Тысячи граждан были лишены гражданства и вынуждены эмигрировать. Вся полнота власти сосредоточена в руках Ортеги и его супруги Росарио Мурильо, которая официально занимает пост вице-президента и рассматривается как преемник. По мнению бывших участников революции, решение отменить выборы лишь закрепляет уже существующую практику и окончательно уничтожает остатки политической конкуренции.
В парламенте, полностью подконтрольном президенту, готовятся изменения в конституцию, которые юридически оформят отказ от выборов. Эксперты сравнивают новую модель с тоталитарными режимами, где власть передается по наследству. Вопрос о возможной передаче власти детям Ортеги и Мурильо вызывает споры: армия пока сохраняет лояльность, но неясно, поддержит ли она династическую передачу полномочий. В последние годы в силовых структурах прошли чистки, а ключевые фигуры, связанные с армией, были отстранены или оказались под давлением.
Несмотря на жесткий контроль, внутри государственных структур и силовых ведомств сохраняется недовольство. По оценкам ряда аналитиков, режим держится на страхе и репрессиях, но это не гарантирует долгосрочной стабильности. Власти делают ставку на полное устранение оппозиции, в том числе находящейся в эмиграции, и создание системы, при которой смена власти становится практически невозможной.
В международном контексте решение Ортеги проходит на фоне слабой реакции со стороны США и других стран региона. Вашингтон ограничивается отдельными заявлениями и сохраняет экономические связи с Никарагуа, в том числе через торговые соглашения и сотрудничество по вопросам миграции. По мнению экспертов, единственной серьезной санкцией могло бы стать исключение страны из регионального торгового блока, однако это ударит и по соседним государствам. Кроме того, никарагуанская диаспора в США не обладает значительным политическим влиянием, что снижает вероятность жестких мер со стороны американских властей.
В Латинской Америке подобная модель семейного управления страной не встречалась со времен военных диктатур. Как отмечают правозащитники, происходящее в Никарагуа выглядит как уникальный случай для региона. На этом фоне другие страны продолжают обсуждать вопросы сотрудничества и торговли, как это недавно произошло между Испанией и Алжиром — стороны договорились о возобновлении диалога на высшем уровне.
Для справки: Даниэль Ортега занимает пост президента с 2007 года, а его политическая карьера началась еще в 1970-х. Росарио Мурильо, супруга Ортеги, с 2017 года официально является вице-президентом и играет ключевую роль в управлении страной. В последние годы Никарагуа подвергается критике со стороны международных организаций за нарушение прав человека и подавление инакомыслия. Экономика страны зависит от экспорта золота, сельскохозяйственной продукции и денежных переводов эмигрантов. Внутриполитическая ситуация остается напряженной, а перспективы демократических изменений выглядят крайне неопределенно.
