В 20:00 у мэрии Мадрида собрались около 50 человек с флагами Испании и плакатами с требованием отставки Óscar Puente. Они дождались окончания общенациональной минуты молчания по жертвам железнодорожной катастрофы у Урды, а затем стали скандировать лозунги против министра и премьер-министра Pedro Sánchez. Акция прошла напротив представителей властей и политиков, пришедших почтить память погибших. Минуту молчания в городах страны созвала Федерация муниципалитетов и провинций Испании.
Протест организовал Solidaridad, профсоюз, связанный с Vox. Среди участников были депутаты партии José María Figaredo и Carlos Hernández Quero; от остальных политических представителей они держались отдельно. В акции также участвовали José Antonio Fúster и другие представители Vox. По данным El Periódico de España, лозунгом протеста стали слова «La corrupción mata. ¡Pedro Sánchez culpable!», а на плакате требовали отставки Puente. После минуты молчания участники продолжили скандировать требования отставки правительства и министра транспорта. В Севилье в тот же день прошла похожая акция.
На церемонии у мэрии присутствовали мэр Мадрида José Luis Martínez-Almeida и другие члены городской корпорации. Там же находились представители оппозиционных групп, глава региона Isabel Díaz Ayuso и председатель Народной партии Alberto Núñez Feijóo. Среди приглашенных был президент CEOE Antonio Garamendi. Правительство Испании и автономные сообщества объявили трехдневный траур. На момент публикаций сообщалось как минимум о 68 погибших и 107 пострадавших.
Из присутствовавших политиков к прессе обратился только Figaredo. Он возложил ответственность за катастрофу на правительство, потребовал его отставки и призвал привлечь его к судебной ответственности. Figaredo назвал правительство «преступным и коррумпированным» и заявил, что оно привело к гибели людей, связав это, по его мнению, с недостаточными инвестициями в инфраструктуру. Это обвинения политика, а не установленный вывод расследования.
Протест продолжил линию выступлений лидера Vox Santiago Abascal, который также обвинял правительство в гибели людей. Партия не отменила свою повестку после трагедии, несмотря на объявленный в стране траур. Ранее Vox также решила не отменять мероприятия после столкновения поездов; ее позиция описана в материале о кампании партии.
Столкновение произошло 28 октября незадолго до 09:00 в Урде, провинция Толедо, на линии между Мадридом и Севильей: поезд AVE компании Renfe столкнулся с остановившимся составом Iryo. Около 08:30, по словам министра транспорта Óscar Puente, отказала система LZB, автоматическая система контроля скорости и сигнализации. Сбой затронул около 63 километров пути, после чего движение зависело от распоряжений диспетчерского центра Adif на мадридском вокзале Аточа.
Согласно рабочей версии, изложенной Министерством транспорта, Iryo оставался остановленным, а AVE получил разрешение возобновить движение и шел со скоростью более 100 км/ч. Машинисты двух поездов получили разную информацию о состоянии линии и разрешении на движение. Министерство указывало, что центр управления Adif разрешил обычное возобновление движения вопреки железнодорожным процедурам. Эти обстоятельства рассматривались в рамках расследования; официальная причина столкновения на тот момент не была установлена.
Суд Оргаса, Гражданская гвардия и Комиссия по расследованию железнодорожных происшествий изучали обстоятельства аварии. Следствию предстояло восстановить переговоры между диспетчерским центром и поездами, изучить журналы сбоя, проверки и инструкции машинистам. Гражданская гвардия также проверяла, могли ли сотрудники испытывать давление с целью ускорить движение и избежать дальнейших задержек. Премьер-министр Sánchez обещал довести расследование до конца. Политические обвинения прозвучали, пока причина аварии оставалась предметом судебной и технической проверки.
Согласно сведениям, опубликованным правительством, основной рабочей версией на тот момент считалась возможная ошибка человека в центре управления Аточи. Однако расследование оставалось открытым: источники, цитируемые El Correo, характеризовали его как «очень открытое». Проверка должна была установить, почему после сбоя LZB движение возобновили, кто дал соответствующее разрешение и какие инструкции получили машинисты.
