В Сеуте сотни мигрантов заняли крошечную бухту. CETI больше не принимает людей. Жара выше 35 градусов. Еды и питьевой воды почти нет. Многие просят убежища и не знают, что будет дальше.
В Сеуте сотни мигрантов уже несколько дней живут под открытым небом на пляже Playa de Trampolín. Небольшая бухта длиной около 140 метров превратилась в стихийный лагерь. Туристов здесь нет. Горизонт для людей — не пролив и не город, а ожидание убежища, которого пока нет.
Центр временного пребывания мигрантов CETI переполнен. По оценкам, на песке находятся около четырёхсот человек, в основном мужчины. Полиция называет участок «горячей точкой» не из‑за жары выше 35 градусов, а из‑за растущего скопления. Тень почти отсутствует. Люди укрываются одеялами Красного Креста и самодельными навесами из картона и ткани.
Среди них — Джон из Нигерии, 23 года. Он переплыл границу в четверг, родом из Anambara. Спрашивает время, ждёт волонтёров с едой и водой, следит, откроют ли душевые, чтобы набрать пластиковую бутылку. Вода не питьевая, но пока, по его словам, не вредит. Просит интернет, чтобы сообщить матери, что жив, и признаётся, что немного приукрасил ситуацию.
Под одной из редких соломенных зонтиков спит семья с Коморских островов: шесть братьев и сестра. Старший, Saifi Hibbane, 30 лет, инженер связи. Рассказывает, что сначала уехали на Mayotte, затем собрали деньги на перелёт в Марокко. Сестра Nissoite Hassane — одна из немногих женщин на пляже — просит гигиенические средства. Деньги, что не унесло море, ушли на хлеб. Ночью особенно холодно, ищут одеяла.
У опреснительной станции работают съёмочные группы. Мигранты ждут за камерами и после эфиров на разных языках рассказывают свои истории. Иногда не выдерживают и кричат прямо в прямой эфир.
Khaled из Йемена держит размокший зелёный паспорт. Ему 32. За пять лет путь прошёл через Южный Судан, Судан, Джибути, Марокко, Алжир и Ливию. На животе шрам. Брат погиб в четверг у мола El Tarajal. Khaled не помнит, в какой момент потерял его из виду в воде, и уже не ищет.
Почти все повторяют одно слово: «asilo». Узнали через WhatsApp, что граница «открыта». Знают, что их, в отличие от многих, не выдворяют «по горячим следам», и что около 60 тысяч человек, по данным МВД, уже вернули. Но как выйти с этой полосы песка — не объясняют. Часть ходит к магазинам: владелец пускает по одному и требует сначала показать деньги. Платят смятыми дирхамами за печенье, бананы и хлеб.
На El Tarajal, ещё недавно перегруженном, сейчас спокойнее. Трое несовершеннолетних марокканцев ныряют у мола и достают одежду — следы массового перехода, в котором погибли не менее 114 человек. Один выходит с мокрой кофтой на несколько размеров больше и уходит в город.
Ситуация в анклаве вновь обнажает давление на границе и ограниченные возможности приёма. Ранее миграционный кризис в Сеуте уже показывал раскол позиций в ЕС. Сеута — автономный город Испании на африканском побережье с сухопутной границей с Марокко. CETI рассчитан на ограниченное число мест и при резких волнах быстро заполняется. Переходы через море и ограждения у Tarajal остаются одним из самых опасных маршрутов в ЕС. Испанские власти фиксируют как попытки входа, так и процедуры возврата. Для тех, кто уже на берегу, ключевой вопрос — доступ к процедуре убежища, воде, еде и ночлегу вне стихийных точек. Пока ответы для людей на Playa de Trampolín сводятся к ожиданию на песке.
