Спор о массовой легализации мигрантов заставил лидеров ЕС смягчить итоговый документ. Мадрид добился удаления критических формулировок, а обсуждение темы перенесли на одну из следующих встреч.
Урсула фон дер Ляйен напомнила: решения о легализации нелегальных мигрантов могут затронуть другие страны Шенгенской зоны. Это прозвучало после того, как лидеры ЕС согласовали общие выводы по миграции. Критики испанской программы не добились нужных им формулировок. На заседании Европейского совета в Брюсселе 16 октября спорили о программе, одобренной испанскими властями в апреле. Она предусматривает легальный статус примерно для 500 тысяч мигрантов и просителей убежища. Euronews и EUobserver оценивали число потенциальных участников в диапазоне от 500 до 600 тысяч. Politico приводил оценку до одного миллиона.
Главное столкновение развернулось вокруг позиции Педро Санчеса: он отказался поддержать осуждение испанской программы. Дипломатические источники, на которые ссылается EL MUNDO, подтвердили, что блокировку обеспечила Испания. Мадрид добился своего: коллективного порицания, которого добивались несколько европейских столиц, в документе нет. После встречи Санчес заявил, что легализация «не противоречит общему направлению» европейской политики. По его словам, аналогичные меры принимали и другие страны ЕС.
Текст без критики
Италия и Дания настаивали на жёсткой формулировке о миграционных мерах, способных вызвать «эффект притяжения». Польша поддерживала этот подход. Среди претензий была весенняя массовая легализация, проведённая испанским правительством. Делегации этих стран утверждали, что проект документа отражал позицию 18 государств, собравшихся перед второй частью саммита. Ещё в июне Санчес спорил с премьер-министром Италии Джорджей Мелони и премьер-министром Дании Метте Фредериксен.
Итоговый текст оказался заметно уже первоначальных требований. В проекте предлагали избегать мер, способных стимулировать нелегальную миграцию. Еврокомиссии хотели поручить рассмотреть консультационный механизм для координации национальных решений, затрагивающих другие государства, при сохранении полномочий стран ЕС. Инициаторы добивались упоминания влияния миграции на социальное жильё. В проекте также говорилось о государственных услугах и преступности. Эти положения смягчили или исключили. В итогах Европейский совет приветствовал намерение Еврокомиссии тесно работать с государствами-членами над чрезвычайной рамочной программой и вопросом инструментализации миграции. Испанскую программу прямо не упомянули. Лидеры договорились вернуться к теме на одной из следующих встреч. Упоминание миграции как общей тревоги для европейских стран тоже исчезло.
После возражений Санчеса его поддержали Франция и Португалия. К ним присоединился Люксембург. Но, по описанию источников, самый острый спор шёл именно с испанским премьером. Дания добивалась изучения испанской программы Еврокомиссией. Копенгаген указывал на риск: легализация людей, прибывших нелегально, может подтолкнуть к новым прибытию.
Спор о полномочиях
Первоначальный проект предлагал поручить Еврокомиссии следить за национальной миграционной политикой и координировать её, когда решения одной страны затрагивают другие. Вопрос чувствительный: во многих аспектах миграционная политика остаётся в ведении национальных властей. При этом нормы ЕС регулируют внешние границы, убежище и возвращение мигрантов. Роль координатора для Брюсселя могла ограничить свободу действий правительств, но в выводы такое предложение не вошло. Саммит не создал юридически обязательного механизма контроля национальной политики.
По данным публикации, против этого пункта возражал Эммануэль Макрон. Метте Фредериксен, премьер-министр Дании, поддерживала идею. Испанский спор касался не одной программы: лидеры обсуждали, насколько далеко ЕС может заходить в согласовании решений, которые формально принимают национальные власти.
Аргументы Мадрида
Перед встречей Санчес подготовил цифры в ответ критикам. Он ссылался на снижение нерегулярной миграции на 30% в Европе и на 70% на атлантическом побережье. Доклад Frontex за первые восемь месяцев 2026 года приводит другую оценку: сокращение на 35% по Европе, если не учитывать массовый въезд в Сеуту. Для маршрута из Западной Африки в документе указано снижение на 60%.
Эти показатели относятся к разной географии и разным формулировкам, поэтому напрямую сопоставлять их нельзя. Санчес также утверждал, что Испания входит в число лидеров по биометрическому контролю при въезде и выезде. По его словам, страна проводит много возвращений. Франция и Германия тоже входят в число государств с большим числом таких операций. Пакт ЕС о миграции и убежище премьер назвал работающим. Критику легализации он сопоставил с выдачей разрешений на работу в других странах. Италия, в частности, одобрила почти 500 тысяч разрешений для граждан стран вне ЕС до 2028 года.
Фон дер Ляйен указала на трансграничный эффект национальных решений. Она подчеркнула важность координации и сотрудничества внутри Шенгенской зоны, признав при этом, что легализация относится к компетенции государств. Её замечание не отменяет испанскую программу и не вводит нового правила. Аргумент критиков, однако, остался в европейской повестке.
Следующий раунд
В Испании миграционная тема связана и с распределением ответственности за Сеуту. Этому посвящена публикация о Сеуте. На уровне ЕС нынешний документ не осуждает испанскую легализацию и не меняет национальные полномочия. Для жителей страны практический результат пока один: нового общеевропейского решения нет.
На фоне миграционного спора Испания и Италия отдельно обсуждали пограничный режим. Euronews сообщила о соглашении, которое должно стать первым шагом к отмене взаимных проверок, введённых после кризиса вокруг Сеуты. На саммите Италия продолжала добиваться более жёсткой общеевропейской формулировки.
Политическое давление сохраняется. Страны, выступавшие за жёсткий текст, заявили, что продолжат добиваться действий против мер, которые, по их мнению, создают приток мигрантов. Пока стороны обсуждали возможные шаги, но ограничений не согласовали. В итогах саммита остались общие слова о работе Комиссии по вопросам инструментализации миграции и обещание лидеров вернуться к вопросу.
