В Милане всеобщая забастовка назначена на 20 ноября, а испанские профсоюзы не снимают призыв на 11 ноября. Протесты во Франции и рост расходов меняют фон испанской кампании.
На площади Дуомо в Милане молодые демонстранты столкнулись с полицией. Они выступали против войны и роста стоимости жизни. Через несколько дней CGIL, крупнейший профсоюз Италии, назначил всеобщую забастовку на 20 ноября. Генеральный секретарь профсоюза Маурицио Ландини объявил о ней 17 октября на митинге «La Via Maestra» в Риме, где собрались около 100 тыс. человек. Ландини связал акцию с трудовыми правами и социальной справедливостью. Отдельно он говорил о демократических изменениях. В Испании Comisiones Obreras и UGT сохраняют призыв к стачке 11 ноября. Профсоюзы связали требования о повышении зарплат с дорогим жильем.
Для испанской кампании протесты в соседних странах стали частью европейской повестки. Голосования прошли в Бразилии, затем в Израиле и США. В Испании вновь сработала электоральная «клапанная» система: Pedro Sánchez решил назначить голосование, хотя большинство опросов отдавало преимущество правым. Согласно исходному анализу, на его решение повлияли палаточный лагерь на Puerta del Sol и данные сентябрьской инфляции. Junts помог Sánchez, сам того не зная.
В Sol молодые участники говорят прежде всего о материальных проблемах. Аренда жилья и зарплаты вытеснили разговоры о философии жизни, характерные для лагеря 2011 года. Политический спор стал жестче: одни требуют расширять государственные услуги, другие выступают за их сокращение. Жилье стало одним из поводов для общенациональной стачки. В лозунге испанской акции звучат требования повысить зарплату и решить жилищный вопрос. Там же фигурируют цены. Профсоюзы добиваются повышения межпрофессиональной минимальной зарплаты как минимум на 7%. UGT заявляет, что 43,6% арендаторов находятся под угрозой бедности. Профсоюз требует возобновить переговоры по межотраслевому соглашению AENC, приостановленные более чем на год.
Во Франции студенческие протесты начались примерно за месяц до массовых выступлений 17 октября. Учащиеся требовали улучшить состояние школ и решить проблему нехватки учителей. Затем к движению присоединились профсоюзы, а на улицы вернулись «желтые жилеты». Триггером снова стало топливо.
Министр внутренних дел Франции Лоран Нуньес сообщил примерно о 550 тыс. участников общенациональных демонстраций. Беспорядки охватили Париж и Лион, затем Марсель. Выступления прошли также в Лилле и Реймсе. Мэрия Лиможа загорелась, сотни людей задержали. 18 октября Reuters сообщило о продолжении столкновений. Один демонстрант погиб, тысячи людей задержали, магазины разграбили или повредили. До президентских выборов, которые могут оказаться решающими для будущего Евросоюза, оставалось шесть месяцев.
Экономические показатели не сняли напряжение. По приведенным данным, Франция завершит год с ростом ВВП на 2,5%, однако государственный долг достиг 120% ВВП. Это почти на 21 процентный пункт больше испанского показателя. В Италии раздражение подливает масла в огонь зависимость страны от газа: подорожание счетов за электричество и газ способно быстро изменить общественные настроения. Премьер-министр Giorgia Meloni рассчитывала провести выборы в феврале или марте 2027 года и ускорила изменение избирательного закона, которое может быть выгодно ее партии. Зимний скачок инфляции способен спутать этот план.
В Испании палаточный лагерь в Sol остается отдельным центром протеста, вне контроля традиционных левых партий, включая Podemos. Comisiones Obreras участвовала в переговорах о едином левом списке в Сенат. Инициативе, вероятно, будет противостоять тактическое соглашение PP и Vox. На голосовании 29 ноября борьба блоков должна проявиться в бюллетенях лососевого цвета. Забастовка назначена на 11 ноября, незадолго до голосования. UGT требует повысить минимальную зарплату на 7% в 2027 году. По оценке профсоюза, повышение на 3,1% в 2026 году отстает от роста цен, приблизившихся к 5%. UGT добивается механизмов индексации зарплат и жилищных пособий в районах с напряженным рынком аренды.
Материальное давление заметно и в промышленной политике. Германия и Франция договорились разрешить продажу автомобилей с двигателями внутреннего сгорания после 2035 года. Испанские избиратели будут голосовать на фоне растущих цен и спора о доступности жилья. С 2028 года машины, получающие государственную поддержку, должны собирать в Европе; 70% компонентов должны производить в ЕС.
