Даже 92% официальной инвалидности не гарантируют пенсию по нетрудоспособности в Испании. Суд Эстремадуры отказал продавцу ONCE, несмотря на тяжелые диагнозы и одиночное проживание. Решение подтверждает: бюрократия требует не только диагноза, но и доказательств полной утраты трудоспособности.
Испанский суд снова напомнил: высокий процент инвалидности — ещё не пропуск к пенсии. Продавцу лотереи ONCE с официальными 92% инвалидности отказали в выплатах по нетрудоспособности. Решение Tribunal Superior de Justicia de Extremadura стало холодным душем для тех, кто надеется на автоматическую защиту по справке.
Суд указал, что проживание заявителя в одиночестве и самостоятельное выполнение бытовых задач свидетельствуют о сохранении функциональной независимости, несмотря на высокий процент инвалидности.
Вся история началась после окончания срока временной нетрудоспособности. INSS (Национальный институт социального страхования) провёл экспертизу и отказал в признании любой степени постоянной инвалидности. Апелляция в суд первой инстанции тоже не помогла: судья отметил, что даже юридическая слепота не мешает работать в ONCE, а психическое состояние не блокирует выполнение основных функций.
На этапе обжалования в TSJ истец попытался изменить тактику: заявил о тяжёлом депрессивном расстройстве и риске психотических эпизодов. Но суд отказался пересматривать факты — не было ни новых медицинских документов, ни конкретного описания обстоятельств. Закон требует точности и формальных оснований для пересмотра, а не просто новых заявлений.
Согласно испанским СМИ, после отказа INSS и неудачной апелляции заявитель пытался изменить линию защиты, ссылаясь на ухудшение психического состояния, однако суд не принял эти доводы как достаточные для пересмотра фактов. Это подчеркивает, что для назначения пенсии требуется не только высокий процент инвалидности, но и доказательство невозможности трудиться.
Судьи отдельно подчеркнули: если ограничения были до трудоустройства, их учитывают только при ухудшении. В этом деле прогрессии не нашли. Для признания «абсолютной» нетрудоспособности нужно доказать невозможность любой работы, а для «большой» — необходимость постоянной помощи. Ни одно из этих условий не подтвердилось.
Истец ссылался и на нарушение права на судебную защиту, и на недостаточную мотивацию решения. Но TSJ напомнил: оценка доказательств — зона ответственности суда первой инстанции, пересмотр возможен только при явной ошибке, подтверждённой документально. Бесплатная юридическая помощь избавила заявителя от расходов, но итог не изменила.
Показательно: даже почти полная слепота и тяжёлые диагнозы не стали автоматическим основанием для пенсии. Испанская практика требует не только диагноза, но и доказательств реального функционального ограничения. Для сравнения: в Каталонии суд недавно поддержал бывшего водителя автобуса с тяжёлым психическим расстройством и присудил ему максимальную пенсию — этот прецедент показывает, что судебная практика бывает гибкой, если доказательства безупречны.
Решение TSJ Эстремадуры ясно даёт понять: испанская бюрократия не прощает формальных ошибок и требует от заявителей не только медицинских справок, но и юридически выверенных доказательств утраты трудоспособности. Для многих это сигнал — рассчитывать на автоматическую защиту по инвалидности не стоит. Только чёткая, документально подтверждённая связь между заболеванием и невозможностью работать может привести к пенсии. В противном случае даже почти полная слепота не гарантирует финансовой поддержки от государства.
